Киллиан с детства смотрел на огромные постеры с чемпионами бодибилдинга и представлял себя на их месте. Он хотел, чтобы его имя знали все, чтобы люди оборачивались на улице и просили автограф. Обычная жизнь казалась ему слишком маленькой и серой.
Каждый день он вставал в пять утра и шёл в старый подвал, который переделал под зал. Там пахло железом и потом. Киллиан поднимал штангу до дрожи в руках, ел только курицу, рис и брокколи, считал каждую калорию. Друзья сначала подшучивали, потом перестали звонить. Он не обижался, ведь теперь у него была цель покрупнее.
Тело менялось быстро. Плечи становились шире, руки наливались венами, пресс проступал чёткими кубиками. Киллиан фотографировал себя каждую неделю и выкладывал в сеть. Лайки росли, подписчики прибавлялись. Кто-то писал, что он будущий чемпион, и эти слова грели сильнее, чем любой протеиновый коктейль.
Но чем ближе подходил первый серьёзный турнир, тем страшнее становилось внутри. Вес нужно было согнать ещё сильнее, тренировки удвоить. Киллиан почти не спал, крутил педали велотренажёра до тошноты, пил литрами воду, а потом выводил её мочегонными. В зеркале он видел уже не просто накачанного парня, а почти готовую статую, только глаза оставались усталыми и красными.
На сцене всё прошло как в тумане. Свет софитов слепил, зрители аплодировали, судьи что-то записывали. Киллиан занял третье место. Для первого раза отлично, говорили все. А ему казалось, что мир рухнул. Третье это никто. Третье не печатают на обложках журналов.
Дома он долго смотрел на бронзовую статуэтку и вдруг швырнул её в угол. В голове крутилась одна мысль: нужно больше. Больше мышц, больше сушек, больше препаратов, которые шептали знакомые по залу. Он знал, что это опасно, но страх остаться обычным пугал сильнее.
Через год Киллиан стоял на той же сцене, но уже совсем другой. Кожа натянулась на тело так, что казалось, вот-вот лопнет. Сердце колотилось даже в покое. Он выиграл. Зал ревел, фотографы щёлкали вспышками. Его наконец-то заметили большие журналы.
Только радости не было. Когда он вышел за кулисы, ноги подкосились, и его увезли на скорой. Врачи потом долго качали головой и говорили про отказ почек, про сердце, которое работало на износ. Киллиан лежал под капельницами и впервые за много лет подумал, что, может, слава не стоит того, чтобы отдать за неё всего себя.
Сейчас он иногда приходит в свой старый подвал, но уже не поднимает тяжёлые штанги. Садится на скамью, смотрит на пыльные блины и тихо улыбается. Говорит ребятам, которые только начинают: форма это хорошо, но внутри должно оставаться место для обычной жизни, для друзей, для тех, кто будет рядом, когда свет софитов погаснет. Потому что в итоге аплодисменты затихают, а ты остаёшься один на один с тем, во что превратил своё тело и свою душу.
Читать далее...
Всего отзывов
0